Поэзия Тютчева—одно из драгоценнейших, достояний русской классической
литературы. Однако Тютчев при жизни был мало известен широкому кругу читателей.
Долгое время его считали поэтом для “немногих”. А между тем среди этих
“немногих” были Пушкин, Некрасов, Тургенев, Достоевский, Фет, Добролюбов,
Блок и др. В декрете от 30 июля 1918 года о постановке памятников “великим
деятелям” названо семь русских поэтов, среди них — Тютчев.
Федор Иванович Тютчев родился 23 ноября (5 декабря нов. ст.) 1803 года
в дворянской семье старинного рода и среднего достатка. Детство поэта прошло
в родном имении Овстуг Орловской губернии Брянского уезда и в Москве. Первоначальное
образование он получил дома под руководством поэта и переводчика С. Е.
Раича.
Раич готовил Тютчева к поступлению в Московский университет. В 1817
году он в качестве вольнослушателя стал посещать лекции по интересовавшим
его предметам, а в 1818 году был принят в университет.
Находясь в университете, поэт обращает на себя внимание преподавателей,
он принимает активное участие в литературной жизни студенчества и в течение
двух лет сумел досрочно окончить университетский курс.
Стихи Тютчев начал писать с детства. Четырнадцати лет от роду он был
избран сотрудником Общества любителей российской словесности, пятнадцати
лет начал печататься. Со второй половины 20-х годов наступает расцвет его
творческого таланта.
Через несколько месяцев после окончания университета Тютчев переехал
в Петербург, поступил на службу в Коллегию иностранных, дел и почти сразу
получил назначение в русское посольство в Баварии. В середине 1822 года
Тютчев уехал в Мюнхен. Ему в это время было восемнадцать лет. С небольшими
перерывами он оставался за границей двадцать два года и вернулся в Россию
уже в сорокалетнем возрасте.
Долголетнее пребывание за рубежом, вдали от русской литературной жизни,
непосредственная связь с которой надолго прерывается или, вернее, ограничивается,
только внешне отдалило Тютчева от родины. На чужбине Тютчев вырос в глубоко
своеобразного поэта-лирика, изумительного мастера русского слова.
В Мюнхене Тютчев служил пятнадцать лет. По жене, урожденной графине
Ботмер (Тютчев женился в 1826 году), у него установились близкие связи
с баварской аристократией. Человек исключительного ума, необычайного остроумия,
феноменальной памяти, Тютчев блистал в придворном, дипломатическом и светском
кругу, как и в ученом и литературном мире Мюнхена — в ту пору одного из
знаменитых центров европейской культуры. Гейне назвал Тютчева лучшим из
своих мюнхенских друзей, а Шеллинг отзывался о Тютчеве как о “превосходном
и образованнейшем человеке, общение с которым всегда доставляет удовольствие”.
К этому времени относятся такие выдающиеся произведения тютчевской
лирики, как “Весенняя гроза”, “Сон на море”, “Как над горячею золой”, “О
чем ты воешь, ветр ночной?”, “Нет моего к тебе пристрастья”, “Сижу задумчив
и один”, “Как ни гнетет рука судьбины” и другие. Но печатался Тютчев во
второстепенных, малоизвестных изданиях (главным образом в альманахах и
журналах своего учителя С. Е. Раича) и, оторванный
от России, почти совершенно не был известен в это время даже в литературных
кругах.
В 1836 году Тютчев переслал в Петербург
рукописное собрание своих стихотворений. Они попали к Жуковскому и Пушкину.
Поэты по достоинству оценили стихи.
В октябре 1836 года вышел 3-й том пушкинского
журнала “Современник”. Он открывался циклом стихотворений, подписанных
инициалами “Ф. Т.”, В следующем номере этого же журнала было напечатано
еще восемь стихотворений с той же подписью.
Осенью 1844 года Тютчев с семьей переехал
в Россию, в Петербург. Он был зачислен в министерство иностранных дел,
в 1848 году был назначен старшим цензором при особой канцелярии министерства
иностранных дел, а в 1858 году был назначен председателем “комитета ценсуры
иностранной” и в этой должности, служил он до конца жизни.
Переезд в Россию на первых порах не принес
литературную известность Тютчеву, т. к. на протяжении 40-х годов он почти
не писал стихов и совершенно перестал печататься. Стихи, напечатанные Пушкиным
в “Современнике”, забылись. Вновь обратил внимание читателей на Тютчева
другой великий русский поэт Н. А. Некрасов.
Став одним из редакторов журнала “Современник”,
он посвятил не замеченным ранее стихам Ф. Т. особую статью. “Мы решительно
относим талант Ф. Т. к русским первостепенным поэтическим талантам”, —
заявляет Некрасов и тут же высказывает пожелание, чтобы стихи незнакомого
ему автора были выпущены отдельной книжкой. Пожелание Некрасова исполнилось
только в 1854 году, когда появился сборник “Стихотворения Ф. Тютчева”.
В ту пору поэту шел уже пятьдесят первый год.
Пятидесятые годы были для Тютчева годами
высшего творческого подъема, связанного с сильными душевными переживаниями.
В 1850 году, когда Тютчеву было 47 лет,
он познакомился и полюбил Е. А. Денисьеву, девушку 24 лет, племянницу и
воспитанницу инспектрисы Смольного института, в котором учились две дочери
Тютчева. Связь продолжалась 14 лет, до самой смерти Денисьевой.
Смерть Денисьевой от туберкулеза в 1864
году была, вероятно, самым трагическим событием в жизни Тютчева.
В последнее десятилетие своей жизни Тютчев
часто болел. На новый 1873 год Тютчев вышел из дому с визитами— и был приведен
домой разбитым параличом. После этого он прожил еще полгода. После двух
новых ударов, 15 июля 1873 года Тютчева не стало. Похоронен Тютчев на Новодевичьем
кладбище в Петербурге.
Литература не была для Тютчева профессией.
Он не писал, а лишь “записывал свои стихи, мгновенно возникавшие под внезапным
воздействием поразившего его явления природы или душевного переживания”,
как метко выразился его биограф И. С. Аксаков.
Современная Тютчеву критика раньше всего
оценила его как. поэта природы—и это понятно. В русской литературе до Тютчева
не было автора, в поэзии которого природа играли бы такую роль. Тютчев
обладал на редкость живым и непосредственным чувством природы, жизненная
действительность никогда не выступала как нечто зыбкое, сомнительное. Его
поэтическое видение глубоко реалистично, мир со всеми его красками и запахами
мил и близок ему:
Нет, моего к тебе пристрастья
Я скрыть не в силах, мать-Земля!
Духов бесплотных сладострастья,
Твой верный сын, не жажду я,
—
писал Тютчев, и это было, собственно говоря,
его поэтическим вероисповеданием. Недаром у него так много стихотворений
о природе, стихотворений, в которых он выступает как несравненный мастер
лирического пейзажа. Во многих стихотворениях, говоря о природе, поэт пользуется
готовыми мифологическими образами (“Весенняя гроза”, “Полдень”), охотно
он прибегает и к олицетворениям. Но и в тех стихах, где нет ни мифологических
образов, ни явных олицетворении, природа рисуется им как некое одушевленное
целое. Только поэт, действительно веривший в таинственную жизнь природы,
мог утверждать:
Не то, что мните вы, природа:
Не слепок, не бездушный лик —
В ней есть душа, в ней есть свобода,
В ней есть любовь, в ней есть язык.
Тютчев всегда показывает природу в движении,
в непрерывной смене явлений, в переходных состояниях — от зимы к весне,
от лета к осени, от дня к ночи и т. д.
Человек в представлении Тютчева составляет
часть великого мира природы. Часто тютчевские стихи о природе не что иное
как выражение его дум о человеке. В “кроткой улыбке” увядающей осенней
природы поэт разглядел стыдливую улыбку страдающего “разумного существа”
(стихотворение “Осенний вечер”), за беспросветной дождевой завесой разгадал
незримые человеческие слезы (стихотворение “Слезы людские, о слезы людские”).
К, лучшим созданиям Тютчева принадлежат
и любовные стихотворения, проникнутые подлинной человечностью, благородством
и прямотой в раскрытии сложнейших душевных переживаний.
Так, мы знаем, что на заре своей молодости
Тютчев любил “младую фею” Амалию Лерхенфельд (в замужестве баронессу Крюденер).
Впоследствии, после многолетней разлуки, он вновь встретился с ней, когда
ему было уже шестьдесят семь лет, а ей шестьдесят два года. Неожиданная
встреча заставила поэта на мгновение с прежней силой пережить дремавшее
в его душе чувство, и воспоминанием об этом явилось одно из задушевнейших
стихотворений “Я встретил вас — и все былое...” Знаем мы также, что восьмистишие
“Еще томлюсь тоской желаний...” посвящено памяти первой жены поэта, а стихотворение
“1-е декабря 1837”—Эрнестине Дернберг, позднее ставшей его второй женой.
Знаем мы и то, что на склоне лет Тютчев испытал, быть может, самое большое
в своей жизни чувство — любовь к Е. А. Денисьевой. Именно с этой “последней
любовью” связаны многие шедевры тютчевской лирики: “О, как убийственно
мы любим...”, “Чему молилась ты с любовью”, “Весь день она лежала
в забытьи” и другие.
Лучшие образцы любовной лирики Тютчева
тем и замечательны, что в них личное, индивидуальное, пережитое самим поэтом,
поднято до значения общечеловеческого.
Тютчев был современником многих больших
войн и социальных потрясений. Он хорошо помнил наполеоновское нашествие.
Он утверждал, что с 1880 года Европа вступила в новую, “революционную эру”.
Это предвидение поэта оправдалось. Революционный 1848 год Тютчев воспринял
как землетрясение и пытался осмыслить его историческое значение.
С болью и тревогой следил поэт за ходом
событий Крымской войны 1853—1856 гг. и восхищался героизмом севастопольцев.
Его письма этих лет полны негодующих высказываний о “глупости, подлости,
низости и нелепости” представителей власти, о пустоте и антипатриотизме
высшего общества.
В политических стихах Тютчева 60-х — начала
70-х годов мы находим отклики на большие и малые события русской и международной
общественно-политической жизни.
Среди современников Тютчева трудно найти
другого поэта, творчество которого было бы до такой степени проникнуто
“внутренней тревогой”, предчувствием надвигающихся социальных катастроф.
Из всех современных ему русских поэтов
Тютчев больше чем кто-либо другой может быть назван лириком в полном смысле
слова. Некогда Фет назвал Тютчева “одним из величайших лириков, существовавших
на земле”. Тогда это суждение казалось и слишком категорическим, и достаточно
субъективным. Теперь среди “величайших” место Тютчева утверждено незыблемо.
Об этом свидетельствует и растущий из года в год интерес к нему у нас,
на родине поэта, и усилившийся, в особенности за последние годы, интерес
к нему за рубежом.